С миру по песне

  • Автор: Самохин Антон
  • 08.04.2015
  • Комментарии отключены
краткие заметки с фестивалей и слётов
под Оттавой (Онтарио, Канада) и Солт Лэйк Сити (Юта, США))
Заметка первая. О том, как под Оттавой «Груша» расцвела.
Были времена, ох было времечко,
Где Вы кудри белые, как лён.
Мы года щелкали, словно семечки,
И гуляли ночи напролёт.
Пролетели буйные несмелые,
Наши непутёвые года,
Ох, девчонки, что Вы с нами делали
Что мы с вами делали тогда.
Припев: Ох, да что со мною, что же,
Не тревожь ты меня не тревожь.
Ох Серёжа, ох Серёжа,
Не вернёшь ничего, не вернёшь.


Этими строчками из старой песни Александра Дольского «Сентиментальные воспоминания» я хотел бы начать даже не рассказ, а повесть о «нашем прошлом», которое стало «нашим настоящим», и, надеюсь, останется «нашим будущим» до тех пор покуда мы живы. Ведь, как сказано ещё в одной классической песне нашего, до сих пор неопределимого, жанра «мы живы покуда поём». Вроде бы правдиво написано «не вернёшь ничего, не вернёшь». А вот КСП-шное движение, которое разнесли по свету его участники из бывших республик Советского Союза «в далёкие неведомые страны» доказывает обратное. Особенно ярко это возвращение в прошлое ощущаешь после посещения фестиваля авторской песни «Над Канадой небо сине…», проходящего вот уже шестой год в первые выходные августа в кэмпинге «Cedar Cove» на берегу Белого озера под Оттавой.

Пятница, 30 июля 2004 года
«В ночь перед бурею…»

На златом крыльце (то бишь на скамейках у краешка стола) сидели Паша Шкарин автор из Москвы, а теперь из Нью-Хэйвена (штат Коннектикут, США) и Слава Рутман, в прошлом автор из Минска, а теперь из Рочестера (штат Нью-Йорк) в окружении своих прекрасных дам и пересыпали умный философский разговор о том «есть ли жизнь и авторская песня на Марсе и на каких инструментах её играют местные акыны» песенками собственного (и не только) сочинения. Я конечно не сдержался и тоже встрял. Очень скоро выяснилось, что на Марсе тоже грядут выборы президента. И по этому поводу Шкарин ни с того ни с сего вспомнил вдруг несколько своих давнишних песен середины восьмидесятых годов, которые до сих пор не пел в американских компаниях любителей авторской песни. Я слушал его с замиранием сердца и задавал себе один и тот же вопрос (впрочем я его по поводу Паши всегда задаю) – И где же мы раньше были? Почему в Москве не знали такого интересного, и сильного уже тогда, поэта и барда? Объяснить это можно только глубоким подпольем в котором жили КСП-шники в первой половине восьмидесятых (с мая 1981 по май 1986 г.г.), после закрытия всех клубов самодеятельной песни в 120 городах бывшего Союза. Неудивительно, что именно в это время мимо нас (хотя к нам и заглядывала) прошла Катя Яровая, не услышан был Александр Зевелёв (Москва – Сан-Франциско), а вот теперь выясняется, что и Паша Шкарин. Да сколько же их ещё таких самобытных бродило на кухнях и в студенческих общежитиях? Ничего не скажешь богата талантами земля русская.

Суббота, 31 июля
А. Стройка века.

С утра, проснувшийся и загудевший, как улей, шатёр оргкомитета начал на поляне стройку века. Мне почему-то вспомнились строчки совсем не «авторской» песни, а звучавшего в своё время из всех репродукторов советского марша. Поручиться за точность цитаты не могу но звучит это примерно так:

«В буднях великих строек
В могучем пламени огня и стали
Здравствуй, страна героев
Страна романтиков, страна учёных»

Возвести предстояло: а) «опорный пункт» для регистрации непонятно зачем и непонятно когда, учитывая дождь и хмурое затянутое тучами небо, собирающегося приехать народа; б) «избу-читальню» для прослушивания и отбора, желающего выступить со своими виршами творческого состава; в) «лобное место», на котором в течении двух полных дней будут стоять и казнить себя около 40 боевых единиц, играющих и поющих на разные голоса; г) оборудовать «музыкальную шкатулку» или, проще говоря, техническую зону для «шпионов», озвучивающих и записывающих всё это «безобразие» для грядущих поколений. д) привести в боевой порядок «походную кухню» и создать душевную обстановку на «заднем дворе» «лобного места», который располагался на этот раз не сзади, а, как на Ваганьково, «справа от входа». Кроме того некоторым титульным спонсорам фестиваля было выделено специальное место для рекламы и продажи своей продукции, которое они могли оформлять по своему усмотрению. В общем, как сказано у Высоцкого «работ на целый год».
Но в этом «самодеятельном» строительстве есть опрёделённый шарм, который всегда присутствовал на всех слётах КСП «там, за горизонтом». Когда в оформлении поляны слёта, включая всевозможное строительство и наглядную агитацию, принимает участие максимальное количество простых участников фестиваля это придаёт событию дополнительную праздничную окраску. Ведь не станешь же для себя делать что-то без души, по обязанности, как работу, за которую просто деньги получаешь. Заразительный принцип «сделай сам и передай это настроение соседу» аукается творческой обстановкой семейного праздника в течении всего времени пребывания на Оттавском фестивале. Вот почему Володя Музыкантов (Москва – Филадельфия), Ильдар Шигапов (Златоуст – Уфа – Ярославль — Торонто) и другие, часто вспоминали Барзовку, утверждая, что общение на Белом Озере очень напоминает дух знаменитого лагеря бардов на песчаной косе между Азовом и Керчью. А в Барзовке всё от хозяйства до творчества делается своими руками и головой при активном участии всех, кто живет на косе в ту или иную смену.
В общем «стройка века», которая каждый год в одно и тоже время разворачивается под Оттавой, дело нужное. Три года назад я уже был на фестивале «Над Канадой небо сине…», но вёл себя, если можно так сказать, как гость-наблюдатель, хотя и тогда пытался участвовать в процессе. Теперь же я не столько наблюдал, сколько всё время находился «в буче – боевой, кипучей». Отсюда и впечатления, как говорится «из глубины сибирских руд».

Б. «Хоть похоже на Россию, только всё же не Россия…»

Взойти вечером на субботнюю сцену Оттавского фестиваля и выступить в «Главном концерте» почитают за честь все приезжающие сюда авторы и исполнители. Вечернее субботнее действо вот уже шестой раз построено здесь по заранее описанному распорядку. Сначала, заказанное оргкомитетом, приветствие фестивалю, чаще всего в исполнении торонтского КСП «Перекрёсток» и почётного гостя всех предыдущих сборов, одного из «легендарных» бардов шестидесятых годов прошлого столетия – Наума Лисицы (Киев — Филадельфия). Затем, как сказано у незабвенного Александра Аркадьевича Галича, «в части Разное» — поют те, кто прошёл огонь, воду и медные трубы отборочной комиссии, трудившейся днём в поте лица на поляне в течении 4-6 часов и старавшейся не обидеть ненароком хрупкие души новичков, ни разу или редко до этого появлявшихся на публике со своими творениями. На третье всегда подают хорошо выдержанное и крепкое исполнительское мастерство певцов, взращённых в канадском центре авторской песни – городе Торонто. В основном, причём подряд, поют члены КСП «Перекрёсток»: поодиночке, в дуэтах, трио, квартетах, все вместе «взявшись за руки» и т.д. Ну и, наконец, на закуску в произвольном порядке, потому, что, перефразируя известные строки Крылова, «как, господа, вы ни садитесь, все в музыканты Вы годитесь» поют почётные гости фестиваля и члены многоуважаемого жюри.
Строго говоря, эти «четыре четверти пути» во время главного действа Оттавского фестиваля, до боли напоминают «Грушу» в день основного конкурсного концерта «на гитаре». К «Грушинскому фестивалю» авторской песни, проходящему, кстати, как и Оттавский, один раз в год, летом, только в первые выходные июля, а не августа, многие среди организаторов, участников и простых зрителей питают ностальгическое уважение. Это и понятно: ведь бессменный творческий организатор фестиваля – Галя Абрамович родом из Самары, заводила и продюсер песенных программ, руководитель КСП «Перекрёсток» Михаил Овсищер – самарец, большой любитель авторской песни из Монреаля, авторитетный во франко-язычных кругах – Александр Лебедев уже несколько раз за последние годы ездил в Россию именно на «Грушу», впрочем, как и Борис Шухман, живущий в Канаде на два города – Оттаву и Монреаль. Вот и получается, что во всех канадских городах Восточного побережья «Груша» пустила глубокие корни и расцвела. Пока своей доброжелательной атмосферой Оттава больше похожа на «Грушинку» середины 70-х годов ХХ века, когда на берег Волги приезжали за новыми песнями, открытиями авторов и исполнителей из глубинки, а не на ярмарку тщеславия за призами от титульных спонсоров. Очень хочется, чтобы это «хождение на природу» за духовным обогащением себя не превратилось бы потихоньку, как это уже давно бытует на российской «Груше», в рекламный балаган спонсорской продукции и услуг, совсем не связанных с русской поющейся поэзией и музыкальной культурой.

В. «А всё-таки, всё-таки хочется петь…»

А всё-таки, всё-таки хочется петь,
Даже когда в сердце песням нет места.
Только б не сдаться и только б успеть
Спеть свою самую главную песню.
Ставь против горя свою доброту –
Это, наверное, кое-что значит.
Пусть даже песня застрянет во рту,
Хочется петь, даже если ты плачешь.
Хочется, хочется петь.

Написавший эти проникновенные строки Арик Крупп тоже в своё время участвовал в песенных конкурсах, становился лауреатом и был желанным гостем в любой кампании. К чему это я. Ах! Да. Так вот, если на слётах Восточного побережья США несколько лет назад отбою не было от желающих прослушаться для того, чтобы вылезти на сцену и обязательно спеть или хотя бы сказать что-нибудь с этого «лобного места», то на фестивале под Оттавой такого ажиотажа не наблюдается. Причём и в 2001 году была такая же, примерно, картина. Чем это вызвано — застенчивостью творцов или их нежеланием быть отвергнутыми уважаемыми членами жюри, а может быть просто страхом перед «прыжком в неизвестность», сказать трудно. Но факт остаётся фактом. За пять часов, отведённых на прослушивание, в «избу читальню» пришли показаться только 14 человек. Восемь из них пели свои песни. Доброжелательно настроенная комиссия в составе Владимира Музыкантова (председатель), Галины Абрамович, Вячеслава Рутмана и Бориса Гольдштейна пропустила на «Главный концерт» семерых бардов и трёх исполнителей.
Надо сказать, что застенчивость или, лучше сказать, неуверенность в себе, не позволила, например, автору из Гамильтона (Онтарио, Канада) Юрию Козлову правильно отобрать песни для предварительного показа. Нам же не хватило терпения послушать его днём побольше. Может быть и нашли бы возможность дать ему спеть не одну, а две песни. Ведь он, да и не только он, выглядел на сцене гораздо увереннее, чем во время прослушивания. А вот американцев — Марину Борисову из Олбани и Леонида Гриндлингера из Филадельфии подвёл очень поздний приезд на слёт. Желание выступить именно в субботу у них было огромное, но появились оба на Белом Озере только около шести часов вечера, когда уже верстался концерт. Впопыхах выбирая песни для показа, они не смогли убедить группу прослушивания в своей компетентности и были допущены на сцену только с одной песней. На следующий же день, успокоясь и сосредоточившись, сумели наверстать упущенное. Чего, к сожалению, не скажешь о Козлове, который уехал в воскресенье, так и не успев «спеть свою самую главную песню». Как, кстати, и единственный отсеянный в субботу бард из Оттавы Дмитрий Городничий. Он, видимо, тоже не дождался воскресного концерта на «Свободной сцене» и уехал с фестиваля неудовлетворённым. Сочинённая им в нетрадиционной музыкальной манере песня на стихи Александра Галича вызвала среди членов группы прослушивания неоднозначные эмоции. Одним показалось, что так музыкально интерпретировать Галича нельзя, другие, которых было меньшинство, посчитали что это, хотя и неоднозначно, но имеет право на жизнь. В результате Дмитрию было предложено спеть эту песню на «открытом микрофоне» до которого он не досидел.
Михаилу Овсищеру, автору и исполнителю из Торонто повезло гораздо больше. Во-первых он, как старожил Оттавского фестиваля, прослушивание не проходил и сам решал, что ему хочется показать людям. Во-вторых он так редко поёт со сцены песни собственного сочинения, что собравшийся народ рад этому событию не меньше, чем самому фестивалю и потому успех у публики ему обепечен. Но и сама песня «Туда и обратно», была хороша.

Г. «В унисон поют два голоса…»

Недостатка в поющих дуэтах, трио и квартетах фестиваль «Над Канадой небо сине…» не испытывал никогда. Особенно в почёте здесь семейное пение. Тон задают супружеские пары из Торонто: Михаил Овсищер и Татьяна Дрейзис, Ильдар и Ирина Шигаповы, а также Алексей Чернов и Наташа Колесник. Причём если первые две пары поют то в дуэтах, то объединяются в квартет «Дважды два», то Лёша и Наташа впервые в этом году решились спеть вдвоём со сцены. До этого их дуэт можно было услышать только в домашней обстановке, хотя у меня, например, аудиокассета их совместного пения была ещё четыре года назад. Её привёз с собой, переехавший на время в Сан-Диего из Торонто их друг Михаил Великанов. Коллективам из КСП «Перекрёсток» в этом году нашлась компания в лице молодого дуэта из Монреаля Владимир Лунина и Вероники Рыжик и, также монреальца, Валерия Бланта бывшего, что называется, нарасхват у женского пола и певшего в воскресенье на «свободной сцене» сначала с Женей Левиной (Виннипег-Оттава), а потом с Ксенией Денисовой (Торонто).
Слушать дуэтное пение, наблюдать за тем, кто ведущий, а кто ведомый (как в танцах) в той или иной паре всегда интересно. Все вышеперечисленные дуэты ведут себя на сцене по-разному. Если у Миши с Таней безусловным лидером является он, то Лёша Чернов делает всё, чтобы подчеркнуть красивый голос своей супруги, сам себя немного сдерживая и не давая своему темпераменту, который проявляется при исполнении им сольных номеров, бить через край. Ильдар и Ирина Шигаповы (дуэт «Чёрный кофе») построили свои отношения в дуэте на равноправных началах.
Когда смотришь как держится на сцене дуэт «Чёрный кофе», как они всё время подыгрывают друг другу, понимаешь, что достичь такого взаимопонимания можно только напряженными репетициями в течении многих лет. Кажется, что они поют вместе всю жизнь. Что ж, по-всей видимости я недалёк от истины. В этом году они впервые появились на фестивале в расширенном составе. И в субботу и в воскресенье им подыгрывал на электрогитаре их старший сын Тимур. Уже само по себе вовлечение младшего поколения в сферу своих интересов должно приветствоваться. А суметь при этом не подавить своим авторитетом творческую индивидуальность и самостоятельность собственных детей – это уже достижение педагогического порядка. Среди членов жюри это трио в шутку назвали «Чёрный кофе с сахаром». Шутки шутками, но Тимур, со своей явной склонностью к року, совсем не выпадал из классического дуэта в жанре авторской песни, который олицетворяли собой его родители. Наоборот, он со своей стороны сделал в мызыкальном сопровождении песен шаг навстречу отцу и матери, а совсем не старался выделиться на их фоне.
Очень приятное впечатление произвёл и на члёнов жюри и на слушателей дуэт Владимира Лунина и Вероники Рыжик. Красивые голоса, безупречный подбор репертуара, знание не только классической, но и сопредельных ветвей жанра АП, хорошие актёрские данные говорят о большом потенциале этих ребят. Они ещё очень молоды и кто знает, не разведет ли их в разные стороны забота о хлебе насущном, ведь приехали они в Монреаль по рабочей визе и работают, как и все, очень много. Времени на совместные репетиции остаётся мало, а по телефону дуэту спеться невозможно. Услышать их вместе довелось только на «Главном концерте», в воскресенье днём на «Чайхане» пел один Володя, а на награждение лауреатов вечером не смогли придти оба. «Дела, меня замучили дела…», как спел бы, светлой памяти, Владимир Семёнович.

Д. Гости фестиваля, кто они?

Гости Оттавского фестиваля условно делятся на две категории: местных и из «ближнего зарубежья», то бишь нас – американцев. Только на первом фестивале в августе 1999 года, здесь побывал гость «заморский» — Вадим Егоров. Отзывчие и гостеприимные хозяева, пока не могут себе позволить приглашать такое же количество российских бардов, как организаторы слётов Восточного побережья США. Позднее лето в Канаде, с точки зрения организации концертов авторской песни, мёртвый сезон. Все или на рыбалке или в байдарочном походе. Никакие транспортные расходы «заморским» гостям возместить не удаётся, поэтому остаётся довольствоваться тем что есть. А есть, смею Вас заверить, немало. О местных «уважаемых» людях я расскажу ниже, а здесь речь пойдёт о нас, их ближайщих соседях, — русскоязычных «янки».
Каждый год на Белое Озеро прибывает большой и сильно творческий «американский десант». В этом, например, треть участников «Главного концерта» представляли различные города Соединённых Штатов. География самая разнообразная: — Рочестер, Олбани, Кливленд, Нью-Хэйвен, Нью-Иорк, Филадельфия, Питтсбург, Нью-Джерси. Гости из «ближнего зарубежья» тоже делятся на две категории: почётные – те, которых организаторы уже давно знают, любят и рады видеть «полночь за полночь» и просто – соседи, те, которые всё равно приезжают, пьют в меру, зато петь, особенно на сцене, очень хотят. Когда «соседи» становятся любимыми, они переходят в разряд почётных гостей. Почётным гостям, приезжающим на фестиваль регулярно, в последние два года даже стали вручать «постоянные» пропуска. Их уже удостоились Наум Лисица, Вячеслав Рутман, Алик Алабин (Одесса – Нью-Йорк), Андрей Компаниец (Киев —Нью-Йорк) и Павел Шкарин. Особой любовью заслуженно пользуется бывший житель Торонто, а с конца прошлого года переехавший в Кливленд – Роман Кац. Побывавший в этом году в Оттаве впервые в качестве «почётного» гостя Владимир Музыкантов тоже, скорее всего, на следующий год вернётся сюда уже в качестве «постоянного и почетного». Справедливости ради нужно сказать, что без гостей из «ближнего зарубежья» фестиваль был бы не таким многогранным, полнокровным и сочным, каким он уже много лет является. Не уходящая к своим бивуакам до конца «Главного концерта», переполненная людьми поляна, восторженно аплодирующая выступающим в последней четверти гостям, является подтверждением тому. А сами гости, как и положено, выкладываются на полную катушку.
Даже не совсем удачное выступление в субботу любимца публики Романа Каца, было воспринято всеми доброжелательно и с пониманием, что удачные дни в жизни артиста бывают не всегда. Яркий же перформанс Вячеслава Рутмана, Павла Шкарина, Андрея Компанийца, Владимира Музыкантова и Алика Алабина доставил слушателям истинное наслаждение. А тёплое «Посвящение Канадскому Фестивалю», написанное и исполненное Наумом Лисицей, старался подпевать весь зрительный зал.

Воскресенье, 1 августа – ночь, костёр, да всё такое…
А. «И родной фольклор, и украиньська мова…»

Концерт ещё не успел закончиться, а все уже спрашивали друг у друга где будет петь Игорь Семененко, бывший киевлянин, а ныне член КСП «Перекрёсток» города Торонто. Определить его местонахождение оказалось делом очень простым, потому что его зычный голос слышно было издалека. Когда я подошёл к костру у меня сразу возникло ощущение, будто все бывшие выходцы с Украины, почтившие своим вниманием этот фестиваль, приехали сюда только потому, что им хотелось послушать, как поёт Игорь и попеть вместе с ним на знакомой с детства мове. Семененко не успевал принимать заказы. Хорошо, что ему активно помогал, особенно в исполнении весёлых переводов на украинский язык известных песен бардов и народного городского фольклора, бывший одессит, а ныне житель Монреаля Сергей Оноприенко. На пару они веселили народ часа полтора. Хорошо зная, что репертуар Игоря не ограничивается только песнями на украинском языке, я несколько раз пытался изменить характер общения на этом, единственном, пока, островке ночного творчества. Однако все просьбы исполнить что-нибудь из песен тех же украинских менестрелей на русском языке пропускались мимо ушей, а толпа, войдя в раж, начала уже не только петь, но и танцевать. До гопака, правда, дело не дошло, но какие-то элементы народных танцев в подтанцовках «группы поддержки» использовались. Когда, наконец, певцы (в основном Игорь) утомились настолько, что почти потеряли голоса, костёр сам по себе затих и разошёлся.

Б. Карусель на «заднем дворе».

Всё это время «на заднем дворе» оргкомитета шло торжественное застолье. Накрытый стол ломился от явст, приготовленных Ольгой Шумиловой лично или под чутким её руководством, и виноводочных изделий, выставленных титульным спонсором фестиваля, магазином «Грузинские вина». Под такую выпивку и закуску не сказать красивый тост просто грех. Они и говорились примерно часа полтора. Когда всем уже начало казаться, что до песен дело сегодня не дойдёт, а стоявшие во втором ряду певцы и гитаристы Слава Рутман, Андрей Коломиец и Лёня Равин (Минск – Питтсбург) никак не могли вставить своё музыкальное слово в этот «заздравный поток» на «задний двор» пожаловал «Перекрёсток» в составе квартета «Дважды два» и Алексея Чернова. Поначалу за столом тоже отдали дань многонациональному составу тусовки и красиво спели несколько песен на украинском (Андрей Компаниец) и белорусском (Слава Рутман и Лёня Равин) языках. Но «вот они расселись по углам» и началось.
В песенном кругу, где каждый пел хотя бы по две песни, приняли участие: Овсищер – Компаниец – Чернов – Овсищер – Шкарин – Музыкантов – Шигапов – «Чёрный кофе» — «Дважды два» — Овсищер – Чернов – Рутман – Компаниец — Равин – Быстряк – Чечик – Кац – «Шигапов-Кац» — «Дважды два» + Кац» — Овсищер.
Как легко заметить, гитара, хотя и передавалась по кругу, но доставалась одним чаще, другим реже. Это происходило потому, что «Перекрёсток» использовал приём, который я условно назвал забеганием. Наверное атмосфера творческой конференции, когда друг другу хочется показать что-то новое и как можно скорее, двигала теми, кто спев в свою очередь, занимали место за столом через три-четыре певца и обращали внимание тамады (эту роль на себя взял Женя Каплан) на то, что они снова в кругу и гитара опять должна достаться им. В результате некоторые, стоявшие в толпе слушающих, барды (например Наум Лисица) так за три часа и не получили возможность спеть «под шатром». Рому же Каца пришлось долго уговаривать и «заводить». Зато когда он всё-таки вошёл в круг, то передача гитары из рук в руки на нём, фактически, и закончилась. Потому что то, что он начал вытворять заставило всех собравшихся за столом так эмоционально выражать восторг, что после этого только спев хором можно было привести себя в чувство. Номер, исполненный Кацем, назывался «Карусель». Эту песню Юлия Кима Рома сыграл так зажигательно, как будто пел не один, а в компании по крайней мере ещё десяти профессиональных драматических актёров.
Безусловно – говорить, что под шатром в эту ночь блистал только Роман Кац было бы неправильным. Великолепны были все – и Паша Шкарин со своей Цыганочкой («О! Как я ненавижу свой диван»), и Лёша Чернов с песнями Александра Иванова и «Воскресной застольной» Михаила Анчарова, и Владимир Музыкантов со своим посвящением летнему лагерю бардов в Барзовке («Помнишь! Это было у моря…») и Ильдар Шигапов с песней Андрея Козловского («Сентябрь и дождь в окно…»), и Михаил Овсищер, написавший блестящую пародию на Музыкантова (про малосольные огурчики), намекая на тонкий вкус автора оригинала, и Слава Рутман отлично, как всегда, певший своего любимого Михаила Кочеткова, и Андрей Компаниец, кстати единственный из всех, вспомнивший романс Александра Вертинского «Чужие города», и Леонид Равин со своей пародией на В. Капгера, и Семён Быстряк (Нью-Джерси), спевший вместе с Машей Чечик (Торонто) свою песню «В красном фраке с галунами».

Воскресенье продолжается
А. «Таки «Правда»» чайхана.

Писать нижеследующие строки было также легко, как записаться на этот весёлый концерт, выйти на сцену и от всей души что-нибудь этакое сбацать, услышав при этом чаще аплодисменты, чем свист и улюлюканье толпы. Тем более что «толпа» — это твои друзья, которые пришли поддержать тебя в минуту твоего, может быть первого выступления на публике. Запись на «Чайхану» вот уже который год проводит её постоянный ведущий – Алексей Чернов. И делает это в лучших традициях знаменитых «Грушинских» чайханщиков Гарика Кона и Александра Маслова.
До официального начала «Чайханы» оставалось каких-нибудь полчаса, а Лёша невозмутимо сидел возле сцены уже облачась в узбекский (а как же без этого) халат и в расслабленном состоянии, измождённого полуденной жарой аксакала, объяснял, вяло текущему за сцену ручейку предполагаемых участников концерта, кто за кем выступает. По сложившемуся в его голове ещё до начала действа сценарию, он расставлял певцов не по их силе или слабости, а по тому репертуару, который они собирались петь. Причём для правильного определения места в концерте того или иного участника ему нужно было знать лишь о чём песня, которую будет петь заявитель. Далее в его голове, как в кабинете главного редактора газеты «Правда» проходил процесс вёрстки номера, т.е. определялись рубрики (разделы концерта), подзаголовки (порядок выступления внутри разделов), редакционные комментарии (т.е. его собственные реплики, как ведущего) и можно было нести номер в набор (иными словами начинать концерт). Из-за бурно проведённой ночи «под шатром» оргкомитета, начало «весёлого утренника» (в худших традициях КСП) задержалось минут на 45. Кстати, этот гандикап не удалось наверстать в течении всей насыщенной воскресной программы фестиваля. Наконец к сцене с «заднего двора» поднесли реальный самовар, поставили на стол настоящие восточные сладости, крепко заваренный в гжельской фарфоровой посуде чай и представление началось.
На сцену поднялся дуэт «Чёрный кофе» и открыл «Таки «Правда»» чайхану (опять же «по-грушински») песней Раисы Нурмухаметовой «Татар». В очень динамичном (всего 34 песни и 5-6 реплик ведущего, сравнимых по времени с песенным или стихотворным номером) концерте приняло участие 20 авторов и исполнителей (включая несколько коллективов). Причём Сергей Котлячков (Торонто), Татьяна Янковская (Нью-Йорк), Дмитрий Шофман (Виндзор) и Борис Гольдштейн (Сан-Диего) пели только на «Чайхане». Публики на поляне было, конечно меньше, чем в субботу вечером, но не намного. А их живая реакция в виде продолжительных аплодисментов и криков браво Владимиру Лунину, Михаилу Овсищеру, Ильдару Шигапову, Роману Кацу, Славе Рутману позволяла сказать, что концерт удался.
Особенно тепло (и надо сказать заслуженно) приняли Игоря Семененко. Яркое исполнение им собственных песен «Дикая жизнь» и «История об эволюции хохлов» на украинском языке, как и ожидалось, привело всех в очень весёлое расположение духа. Я же был просто потрясён увиденным. Ведь ночью я уже слышал эти песни. Да, они мне понравились, но у костра были исполнены в дурашливой несерьёзной манере и, казалось, что это их предел, что больше выжать из песен нечего. Но вот Игорь вышел на сцену и так замечательно разыграл перед нами настоящий миниспектакль, что аплодировать ему мы начали после первого же куплета. Так и пел он всё время под несмолкаемые смех и крики браво. И безоговорочно (если иметь ввиду то, что происходило в течении двух дней на сцене) завоевал приз зрительских симпатий и ценный подарок (палатку) от одного из титульных спонсоров фестиваля.
Кроме Семененко лично мне очень понравилось выступление на «Чайхане» Ильдара Шигапова с песней «Жратва», челябинского автора Петра Федчуна и квартета «Дважды два», спевшего оригинальный (авторский) вариант песни Павла Гандельмана «В Кейптаунском порту». Очень жалко, что утром потерял голос Паша Шкарин и концерт лишился, безусловно, одного из лучших номеров программы.
Вообще доброжелательная обстановка, созданная оргкомитетом фестиваля, положительно влияет на характер бардов, приезжающих петь в Оттаву. Я имею ввиду то, что многим ребятам удаётся здесь сдерживать свои амбиции. Никто не качает права на тот предмет, что кому-то дают на сцене петь больше чем другому. Все (даже профессионалы и почётные гости) соглашаются выполнять правила, которые объясняет ведущий того или иного концерта. В результате многие, наступая на горло собственной песне, поют хорошие чужие, если они вписываются в контекст программы лучше своих. Вкус (и у барда и у публики) от этого только развивается.

Б. «В стране дураков»

Концерт «Барды – детям», прошедший днём в рамках фестиваля авторской песни на Белом Озере, ничем особенно не запомнился. Миша Овсищер, постоянный ведущий «детских концертов» на слёте, назвал его – «В стране дураков». Услышав название концерта, я ожидал, что дети будут активно вовлечены в процесс, не только слушая о чём им рассказывают и поют взрослые, но и сами будут выступать на сцене по теме сказки. На деле же только Марина Борисова со своими детьми последовала этому совету. Все песни, которые пел этот творческий коллектив, были костюмированы и претендовали на маленькую сценку из воображаемого спектакля. Все же остальные номера, очень красиво и профессионально иполненные самим Мишей Овсищером, ансамблем «Дважды Два», Андреем Компанийцем, Николаем Гребенщиковым (Торонто), Лёней Гриндлингером, Наумом Лисицей, Сашей Лебедевым и выступавшем только в концерте для детей Григорием Бейлинсоном из Оттавы были уместны скорее на концерте в городе, чем в непринуждённой обстановке на природе. Наверное, это следующий этап в работе с детьми на слёте КСП – сделать так, чтобы дети больше творили на сцене сами при непосредственном участии своих родителей или других, заинтересованных в этом процессе, взрослых.

В. Музыкальная пауза.

Оттавский фестиваль «Над Канадой небо сине…» уже давно стал для местных зрителей, приезжающих иногда (без ночёвки) только на концерты, ялением русской культуры в более широком, чем просто авторская песня, смысле этого слова. Произошло это естественно, когда к фестивалю начали проявлять интерес профессиональные певцы, музыканты и артисты живущие и работающие в Монреале, Торонто и Оттаве. Организаторы, однажды найдя для профессионалов время в формате своего фестиваля отказываться от их услуг с тех пор не собираются. Каждый год послушать концерт под условным названием «Музыкальная пауза» приезжают не только русскоязычные любители авторской песни но и канадцы, разговаривающие на английском и французском языке. Для них это самая главная часть фестиваля, ведь язык музыки – интернационален. Обычно концертная поляна во время «Музыкальной паузы» заполнена до отказа. Так было и на этот раз, а послушать, как всегда, было кого.
Джазового гитариста из Нью-Йорка, Алика Алабина здесь любят. Настолько, что в прошлом году он получил от организаторов «постоянный» пропуск на фестиваль и пользуется им сполна. Ещё во время вечернего субботнего концерта он был замечен на сцене несколько раз – один и в компании с Алексеем Черновым и Наташей Колесник, а также с Романом Кацем. Но по-настоящему его выступления на сцене ожидали в воскресенье, когда он собирался играть джазовые импровизации вместе с Олегом Нейманом из Торонто и бас-гитаристом Артуром Юдиным. Виртуозное владение гитарой этой сыгранной троицы привлекло на поляну большое количество слушателей. Однако сказать, что их выступление было слишком эмоциональным нельзя. Скорее они успокоили публику и подготовили её к работе головой, руками и ногами, когда на сцену поднялся бывший артист ленинградской филармонии, а ныне житель Оттавы – Андрей Козлов.
Гитара в его руках не только пела, но и танцевала, играя одновременно роль струнного и ударного инструмента. Особенно это стало заметно, когда Андрей начал играть произведения в стиле фламенко. Слушая эти пассажи, молодые девушки, находившиеся в этот момент в кэмпинге, не смогли усидеть на месте. Одна из них вскочила и стала перед сценой танцевать испанский танец. Народ в восторге от такого неожиданного перформанса начал хлопать в ладоши и изображать цоканье кастаньет. Поляна пришла в движение, те кто находился далеко от сцены. поспешили подойти поближе. Публика была заведена до предела. Как только Андрей кончил играть возле сцены выстроилась живая очередь из тех, кто хотел купить у музыканта компакт-диски и получить автограф на память..
А тем временем антураж на сцене вновь поменялся. Её заполнил собой красивый, большой человек, обладатель густого баритона. Известный в прошлом артист Московского драматического театра на Таганке Станислав Холмогоров, живущий ныне в Монреале, приехал на фестиваль не только поучаствовать в работе жюри, но и показать себя как автор и исполнитель в жанре авторской песни. Он подготовил музыкально-поэтическую композицию в лучших традициях «Таганки». Программа отличалась разнообразием. Станислав спел несколько своих романсов на стихи известных поэтов, прочёл стихи Пушкина и Маяковского из старых таганских спектаклей, закулисные пародии Леонида Филатова на Е. Евтушенко и С. Михалкова, а также спел несколько песен Высоцкого, Хмельницкого и Качана. Всё это было сделано очень профессионально и в то же время душевно, с большой теплотой (особенно когда речь шла об исполнении песен Высоцкого). Приятно, что профессионал такого уровня не посчитал для себя зазорным приехать на этот «самодеятельный» праздник и на равных со всеми участвовал во всех его мероприятиях, включая послеконцертные посиделки «под шатром».

Г. «Свободу Юрию Деточкину»

Заключительный концерт фестиваля, так называемая «Свободная сцена», особых открытий не принес. Надо сказать что «свободным» этот концерт можно было назвать с большой натяжкой, так как почти все, кто хотел выступить уже появлялись на фестивальной сцене до того. Правда у ребят нашлись в репертуаре песни, ещё не исполнявшиеся за эти два дня с «фургона». В частности Слава Рутман решил наконец показаться перед канадцами как автор, а Алик Алабин, наоборот, как исполнитель с песней Юрия Устинова «Мы по берегу шли…». Проявил себя как автор и Николай Гребенщиков из Торонто. Его «Посвящение слёту» пришлось по душе зрителям и они подпевали ему.
Из тех, кто не захотел по каким-то причинам принять участие в субботнем, конкурсном концерте, и вышел петь только в воскресенье запомнился исполнитель из Нью-Джерси Леонид Кример с большим чувством спевший «Снег над лагерем валит…» Юрия Визбора и «Я куплю билет и поеду в Питер…» Михаила Кочеткова. Хотя запись на «Свободную сцену» велась непосредственно перед концертом и сам концерт строился по принципу «чур первый», всё же одна накладка произошла. Когда подошло время петь Станиславу Холмогорову зрительный зал, решивший, что это и есть достойное завершение концерта, приготовился, как говорится, к выходу. После того как Станислав блестяще исполнил песню казанского автора Владимира Ченцова на стихи Беспалько «Вот женщина, она меня берёт…», романс «В том саду, где мы с Вами встретились…» и «Грузинскую песню» Булата Окуджавы на русском и французском языках, слушатели стали складывать свои стулья и покидать поляну. Но, как оказалось, это был ещё не конец и молодым ребятам из Торонто – исполнителю Стасу Агафонову и автору Александру Бенько, а вместе с ними и Саше Векслеру из Нью-Йорка зрительского внимания не досталось. Правда, опоздавший спеть в свою очередь Сергей Оноприенко, народ на поляну вернул задорным исполнением переводов песен Александра Розенбаума и знаменитой народной песни «Поручик Голицын» на украинский язык. Украинская община сразу же после выступления обступила Сергея и начала наперебой вспоминать смешные переводы авторских песен на язык Тараса Шевченко. Тусовка продолжалась минут сорок и закончилась обменом телефонами и адресами электронной почты.

Понедельник, 2 августа
А. Ночь на грани жанра.

«Свободная сцена» закончилась глубоко за полночь и, как мне показалось, все немного устали от песен почти непрерывно длившихся в течении двух дней и ночей. Вернувшись к своим кострам люди начали допивать и доедать всё что привезли с собой на природу. Поляна временно превратилась в «жующий» котёл, иногда вспоминающий старые советские песни, типа «Ромашки спрятались, поникли лютики..» или «Косил Ясь конюшину…» Под шатром в очередной раз был накрыт праздничный стол. Тосты в эту ночь обязательно заканчивались поцелуями, брудершафтом и компрометирующими фотками на память.
Наконец около половины третьего на «задний двор» заглянули Алик Алабин и Олег Нейман, сели в сторонке и начали играть лёгкие джазовые импровизации. Подсевший к ним Роман Кац быстро вернул дуэт на столбовую дорогу авторской песни. Теперь уже трио начало играть и петь песни одного из самых интересных современных российских бардов Александра Иванова. Потом Алик попробовал спеть свои песни на стихи Иосифа Бродского. С интересом наблюдавший за свингующими друзьями Станислав Холмогоров тут же устроил небольшой мастер-класс Алабину, обратив его внимание на то, что если не раскрывать рот при пении, то громким оно не будет никогда. Алик пытался оправдаться тем, что голос у него тихий от рождения, но профессиональный актёр этим оправданиям не внял. После этого Алабин и компания сыграли пару джазовых инструментовок и показали ещё несколько песен Алика на стихи Саши Когана и Николая Гумилёва. Очень интересно в их исполнении прозвучали песни Вадима Козлова (Алма-Ата) «Рыжий, рыжий, конопатый» и Александра Деревягина на стихи Николая Заболоцкого «Осенний мир».
Гитара в эту «ночь на грани жанра» передавалась из рук в руки редко и в кругу участвовали только те из ребят, кто любит и умеет петь блюз, джаз или рок-энд- ролл. Блистали в эту ночь до поры до времени, кроме Алабина, Алексей Чернов и Роман Кац. Эти двое, казалось, не наигрались вдоволь за отведенные на слёт два дня и теперь, дойдя до кондиции, творили музыку. Красивые, музыкально сложные песни Сергея Никитина, Александра Иванова, Петра Кошелева, Александра Дольского, Чижа в их интерпретации выглядели простыми. Их хотелось повторить самому, но я понимал что так сыграть не смогу и поэтому просто наслаждался мастерством исполнителей. То же самое делали и другие. В какой-то момент Кацу пришло в голову спеть пару песен Володи Музыкантова («Сюжет» и «Не знаю когда я сумею…»). Сидевший рядом и уже почти заснувший Володя приоткрыл глаза и восторженно посмотрел на Рому, не веря, что так красиво можно играть и петь его песни. А Кац, тем временем, парил в воздухе и музыка плыла над шатром, обволакивая каждого слушавшего. Не выдержавший такого наслаждения автор схватил гитару и спел по просьбам зрителей аж четыре собственных песни.
Наблюдая за процессом со стороны Паша Шкарин тоже решил взять в руки гитару и подарить тусовке «Древнегреческую песню», «Посвящение Томасу Венцловасу» и одну из своих старых песен 1984 года «Всё кругом родное…». Алексей Чернов, стремясь достойно завершить ночь, спел «Зычный гудок…» Сергея Никитина на стихи Олега Чухонцева, «Опять слова отходят от строки…» Алика Мирзаяна на стихи Иосифа Бродского и «Пахнет дело моё керосином» Павла Кошелева на стихи Тимура Кибирова. Завершил же «попевки» Паша Шкарин двумя своими песнями: «Давай войдём за кошкой следом», «И жили были, и знать не знали…».
Всего два часа продолжалось в эту ночь пение под шатром, но этого было достаточно. Лагерь понемногу затих, уснул и начал готовиться к отъезду.

Б. Телефон на «Посошок»

Возвращение мне предстояло долгое – через Торонто и поспать немного было совсем не вредно. Четырёх часов на свежем воздухе вполне хватило. До 10 утра, когда за мной обещали приехать, оставалось полтора часа. Я провёл их с телефонной книжкой в руках, собирая «на посошок» координаты понравившихся мне авторов, исполнителей и просто хороших людей интересующихся движением КСП. Первым человеком, который попался ко мне на карандаш был Женя Каплан – фотограф из Олбани, который на слёте предоставлял некоторым особо отличившимся личностям потрясающую услугу. Он дарил на память диск с фотографиями, сделанными им в эти два дня и две ночи. Я лично, да и не только я, был потрясён до глубины души. Ни на одном из слётов до этого я не видел, чтобы кто-нибудь увозил с собой «горячие фотографии», сделанные не им самим, а совершенно посторонним лицом. Женя же основательно подготовился к процессу «раздачи слонов», привезя с собой компьютер и большое количество дисков и коробочек. Копирование было поставлено на поток и Каплан только успевал проверять, записанный ли диск он отдаёт очередному счастливчику, не забывая при этом написать на внутренней стороне обложки свои телефоны а также e-mail.
Не остались незамеченными мною ни автор из Филадельфии Леонид Гриндлингер, ни исполнители из Торонто — Ирина и Ильдар Шигаповы, а также любимец публики Игорь Семененко. Переехавший из Вашингтона в Бостон Миша Смоляр, знакомый мне ещё по Москве фанат-магнитофонщик, записавший этот слёт практически полностью, тоже оставил мне свои новые координаты. Обменялся я телефонами и с автором из Торонто Александром Бенько, которому не досталось внимания на «Свободной сцене». Может быть мне ещё удастся его послушать на одном из малых слётов, часто проходящих теперь на территории США и Канады.
За эти полтора часа мне удалось спеть «на посошок» всего лишь одну песню – «Аэропорты ХIX века». Этой песней Александра Городницкого я попрощался с Наумом Лисицей и тут за мной приехали.

Вторник, 3 августа – в самолёте Торонто – Лос-Анджелес
«А я же стреляный, я же с опытом…»

Ещё каких-нибудь 15 лет назад невозможно было представить, что за песнями мы будем ездить не только, как сказал Александр Галич, в Москву или на «Грушу», а сможем совершать целые кругосветные путешествия (Германия, Франция, Швейцария, Турция, Кипр, Израиль, Австралия, Южная Африка, Аргентина, США, Канада) и везде встречать клубы, очень напоминающие нам наше родное «союзное» КСП. И ездим мы на слёты уже не только для того, чтобы просто песенки попеть и пообщаться, но и «международным» опытом обменяться. На последнем фестивале «Над Канадой небо сине…» организаторов из разных городов США и Канады собралось, пожалуй не меньше, чем творческого состава. И каждый не просто отдыхал и наслаждался природой, а мотал себе на ус все достоинства и недостатки в организации процесса.
Завершая своё повествование хочу ещё раз от всей души поблагодарить орагнизаторов (Галину и Аркадия Абрамович, Татьяну и Антона Прановых, Аллу Радуцкую и Якова Флаксмана), а также титульных спонсоров этого песенного праздника за то, что не дают завять российской «Груше» на канадской земле.

Борис Гольдштейн
Предыдущая «
Следующая »